| Тарантино пишет: |
| начинается, нет? |
Иосиф Бродский, из "Представления":
Пролетарии всех стран
Маршируют в ресторан.
«В этих шкарах ты как янки».
«Я сломал ее по пьянке».
«Был всю жизнь простым рабочим».
«Между прочим, все мы дрочим».
Входят Мысли о Грядущем, в гимнастерках
цвета хаки.
Вносят атомную бомбу с баллистическим
снарядом.
Они пляшут и танцуют: «Мы
вояки-забияки!
Русский с немцем лягут рядом; например,
под Сталинградом».
И, как вдовые Матрены, глухо воют
циклотроны.
В Министерстве Обороны громко каркают
вороны.
. . .
Входят Мысли о Минувшем, все одеты как
попало,
с предпочтеньем к чернобурым. На
классической латыни
и вполголоса по-русски произносят: «Все
пропало,
а) фокстрот под абажуром, черно-белые
святыни;
б) икра, севрюга, жито; в) красавицыны
бели.
Но – не хватит алфавита. И младенец в
колыбели,
слыша «баюшки-баю»,
отвечает: «мать твою!»
. . .
«Ляжем в гроб, хоть час не пробил!»
«Это – сука или кобель?»
«Склока следствия с причиной
прекращается с кончиной».
Входит Мусор с криком: «Хватит!»
Прокурор скулу квадратит.
Дверь в пещеру гражданина не нуждается
в «сезаме».
То ли правнук, то ли прадед в рудных
недрах тачку катит,
обливаясь щедрым недрам в масть
кристальными слезами.
И за смертною чертою, лунным блеском
залитою,
челюсть с фиксой золотою блещет вечной
мерзлотою.
Знать, надолго хватит жил
тех, кто головы сложил.
«Хата есть, да лень тащиться».
«Я не блядь, а крановщица».
«Жизнь возникла как привычка
раньше куры и яичка».
Мы заполнили всю сцену! Остается влезть
на стену!
Взвиться соколом под купол! Сократиться
в аскарида!
Либо всем, включая кукол, языком
взбивая пену,
хором вдруг совокупиться, чтобы вывести
гибрида.
Бо, пространство экономя, как отлиться
в форму массе,
кроме кладбища и кроме черной очереди к
кассе?
Эх, даешь простор степной
без реакции цепной!
